Нажимая на кнопку, я даю свое согласие на обработку моих персональных данных в соответствии с законом №152-ФЗ «О персональных данных» от 27.07.2006 и принимаю условия пользовательского соглашения.
Философский пейзаж
Философский пейзаж
Подробности:

В Музее-институте семьи Рерихов, открылась интереснейшая   выставка, посвящённая идеям русского космизма в отечественном искусстве.

Экспозиция приурочена к 100-летию первой выставки Общества имени А. И.
Куинджи, её тема раскрывается на основе произведений А. И. Куинджи и его учеников.

Пейзажная мастерская Высшего художественного училища при Императорской Академии художеств, профессором которой был А. И. Куинджи с  1894 по 1897 годы, воспитала художников с оригинальным взглядом на мир: Н. К. Рериха, К. Ф. Богаевского, А. А. Рылова, А. А. Борисова, В. И.
Зарубина, Е. И. Столицу, Г. О. Калмыкова и других.  

Работы этих мастеров  будут показаны на выставке, также можно увидеть произведения Б. А. Смирнова-Русецкого- последователя Н. К. Рериха.

В экспозиции будут представлены произведения из фондов Государственной Третьяковской галереи, Научно-исследовательского музея Российской Академии художеств, документы и редкие издания из фондов Музея-института семьи Рерихов и Библиотеки Российской Академии наук.

Выставка продлится до 24 сентября.

Справочно: Русский космизм  

Подробнее

Идеи русского космизма развивались в работах Чижевского и Циолковского, Федорова

Космос, космизм

Понятно, что космос (в переводе с греческого «украшенный) — это мир, и любая философия занимается миром, занимается бытием, занимается to ontos, но совсем необязательно от этого становится русским космизмом.

Русский космизм — это определенное направление русской философии, философия воплощенного общественного идеала, конечного идеала.

Идеал должен быть воплощенным здесь и сейчас, в истории.

Идеал человеческого бессмертия, идеал воскрешения мертвецов, идеал продления человеческой жизни за счет либо удлинения ее срока, спасения от смертельной болезни, либо возвращения умерших на эту землю путем неких технологических, научных манипуляций, либо перенесения человеческой жизни в межзвездное пространство, освоения космоса, освоения космических пространств. Собственно говоря, там, где философия становится практической философией, реализованной в виде такого фантастического проекта, мы можем говорить о наличии элементов космизма.

Основоположником русского космизма необходимо считать Николая Федорова, библиотекаря Румянцевской библиотеки в Москве, который придумал «философию общего дела». Так назывались два тома его сочинения, изданного посмертно его учениками Кожевниковым и Петерсоном. Один из этих томов был издан в городе Верный (Алма-Ата).

Сам текст Федорова — у него было много текстов, он писал один мегатекст — назывался «Вопрос о братстве, или родстве, о причинах небратского, неродственного, т.е. немирного, состояния мира и о средствах к восстановлению родства». О том, что необходимо сделать, чтобы человеческий род снова стал братским. Чтобы люди стали братьями.

И для того, чтобы осуществилась некая высшая справедливость, необходимо заниматься наукой, необходимо овладеть всеми атомами природы и вернуть эти атомы в надлежащее состояние, чтобы победить смерть.

Федоров называл это регуляцией природы. Регуляция природы включает в себя множество наук, в том числе такие экзотические науки, как метеорология, о которой говорил Федоров.

То есть мы должны научиться владеть небесными явлениями, мы должны подчинить себе дождь, грозу, мы должны низвергнуть воду на землю, когда засуха, когда есть угроза урожаю. Мы должны регулировать космос с помощью достижений науки и, в частности, с помощью того, что человечество тратит себе во зло, — с помощью оружия.

Есть две вещи, которые ненавидел Федоров: гонка вооружений, как бы мы сейчас сказали, и женские «штучки-дрючки», косметика.

По мнению Федорова, необходимо  тратить средства и  силы на борьбу со смертью.

Учение Федорова, которого Булгаков назвал загадочным мыслителем, оказалось очень востребованным и при его жизни, потому что им восхищался и Толстой, и Достоевский, и Владимир Соловьев, который назвал Федорова своим учителем, а его учение — первым шагом в осуществлении практического христианства. И масса последователей после смерти, после ухода Федорова, — например, Константин Эдуардович Циолковский, один из представителей русского космизма и отец русской космонавтики.

И Циолковский непосредственно продолжает идеи Федорова, оказывается основоположником космонавтики, показывая одну из целей освоения космоса — продолжение земной жизни: «Надо осваивать другие планеты. Надо переселять их на Луну, на Марс».

Александр Леонидович Чижевский, друг Циолковского, человек, который тоже прожил некоторое время в Калуге, получил множество образований — он был и доктором истории, окончил, и естественный факультет, занимался проблемой гелиофизики, то есть влияния Солнца на нашу земную жизнь.

Есть определенные циклы эпидемий на Земле, есть всплески некой социальной активности. В какой-то период люди вдруг становятся более пассионарны — устраивают революции, войны. Все это кроется в некоем факторе Z, то есть в глубинных сферах Солнца, которое влияет на земную жизнь. И Чижевского можно назвать философом Солнца.

В знаменитом фильме Александрова «Весна» есть некий профессор, который создает Институт Солнца. Это 1937 год. Возможно, это намек на фигуру космиста Чижевского.

Другая  сфера Чижевского — это аэроионизация. Он ставил опыты с ионизацией воздуха и, осуществляя эти опыты у себя дома на живых существах, стремился доказать, что положительные ионы отрицательно влияют на живых существ, а отрицательные ионы, напротив, влияют положительно.

Он создал лабораторию, которая существовала в 1930-х годах, которая потом была закрыта советской властью как шарлатанская, где он разрабатывал идею ионизации различных публичных пространств. Судьба этого ученого, философа, поэта, который вошел в историю русской поэзии, стал выдающимся русским поэтом, художника, написавшего более 300 картин, которые продавал для того, чтобы осуществлять свои опыты и финансировать свои научные исследования, — это тоже судьба одного из представителей русского космизма.

Еще одну идею выдвинул космист -Валериан Муравьев,  клерк, офисный чиновник, написал трактат «Овладение временем», что Время — это некая физическая реальность и оно подвластно человеку

Мы можем его повернуть вспять, мы можем его ускорить. «Время, вперед!» — так называлась симфоническая сюита Свиридова, с которой начиналась программа «Время» в советскую эпоху.

Валериан Муравьев считал, что мы способны быть хозяевами времени и использовать это в научной организации нашего труда.

Сама идея НОТ, научной организации труда, — это тоже идея, присутствующая у космистов.

Кроме этого, сидя в своем офисе, в 1920-е годы Валериан Муравьев писал гностический трактат, который недавно опубликовала по архиву отдела рукописей Ленинской библиотеки Анастасия Георгиевна Гачева, замечательный исследователь русского космизма, — трактат «София и Китоврас». Это одна из немногих законченных русских мистерий, где мы видим традиционный образ Софии Премудрости Божией, которая вступает в некий историософский контекст, в том числе осмысляется ее роль в революции и так далее.

Интерес к космизму — это последний фактор русской философии, который исчезает в 20-е годы, потому что возникает масса кружков, масса сект, пытающихся совместить Федорова и его последователей с марксизмом. Даже возникает целое течение — федоровомарксизм. Потому что, вообще говоря, и марксизм, и федоровство — это практическая проектная философия. Несмотря на религиозные идеи, которые существовали у Федорова, на упоминание Иисуса Христа, Пасхи, Воскресенья, это был практический философ, который давал человечеству конкретную задачу: давайте победим смерть, давайте воскресим мертвых. А о том, что для большевиков, пришедших на гребне революционного переустройства мира, задача победы смерти была не последней, свидетельствует и сам Мавзолей.

Ведь Ленина захоронили не только для того, чтобы трудящиеся могли с ним попрощаться, но и для того, чтобы этот труп стал, по сути, первенцем из мертвых, для того, чтобы была возможность его последующего воскресения. Для этого же был создан Институт крови, где Богданов проводил эксперименты по переливанию крови с целью омоложения человека.

То есть федоровство, космизм стало элементом практической философии.

Здесь, конечно, необходимо упомянуть Георгия Владимировича Вернадского, одного из ярчайших представителей русского космизма, с его учением о био- и ноосфере как сфере, которая позволяет регулировать отношения живой материи и неживой, изменять тектонические пласты Вселенной с помощью человеческого разума.

Поэтому русский космизм сегодня оказывается весьма популярной темой не только среди философов, но и среди политиков, среди практиков и среди разного рода маргиналов.

На основе ответов к. ф. н. Алексея Козырева

14 АПРЕЛЯ 2015


Адрес: В.О., 18-я л., д.1, музей-институт семьи Рерихов